среда, 23 января 2013 г.

Памяти Вороновой Татьяны Петровны



ЖИВАЯ ИСТОРИЯ КРАЯ

Есть (к сожалению, уже "был" - Т.К) в нашем городе люди, которых по праву можно на­звать живой историей края. К ним принадлежит и Т. П. Воро­нова - журналист, историк, краевед, ветеран Великой Отечест­венной войны. В 2000 году в честь 225-летия Кривого Рога и в связи с большим вкладом в развитие его культуры ей присвое­но звание «Почетный гражданин Кривого Рога», вручен, в числе самых первых, памятный знак «За заслуги перед мктом».




Более трех лет мы с моей дочерью Ириной в той или иной степени были связаны с Татьяной Петровной, получая от нее полезные консультации при подготовке сообщений на лицейские и городские ученические конференции, конкур­сы-защиты творческих работ по истории. Это общение со временем вышло за рамки консультаций. А Ирина, в частно­сти, стала для Татьяны Вороновой ученицей в третьем поко­лении, поскольку организатор конференций, районных слё­тов красных следопытов Татьяна Викторовна Неговора тоже воспитанница этого историка-краеведа.
Особенно запомнилось знакомство с Т. Вороновой в Жовтневом лицее в 2002 году, накануне Дня города.
Все мы слушали ее, затаив дыхание, и о войне, и о героях Криворожья, и о том, как важно каждому знать свою родослов­ную, быть достойным своих предков. Ребята спрашивали о на­строениях раненых бойцов (наша гостья была на войне санитар­кой - пошла на фронт в 16 лет). Шла речь и об опасных, и о до­вольно курьезных случаях в жизни военных медиков. Интересо­вало лицеистов также послевоенное возрождение Кривбасса.
Посчастливилось побывать у нее дома. Хозяйка угощала нас душистым чаем, вкусным печеньем. Показывала альбомы с фотографиями, рассказывала большей частью о героях сво­их очерков, о сослуживцах - на фронте и в Кривом Роге. Тогда нас особенно интересовала краеведческая работа Татьяны Петровны, в частности люди, в честь которых по инициативе краеведов были поставлены памятники (Александру Полю, например) и многие мемориальные доски. Расспрашивали мы и о ее родителях, об учебе в школе. Ведь всем известно, что стержень личности закладывается в детстве, юношестве.
«Род Вороновых известен еще со времен Ивана Грозного»
Родом Татьяна Петровна из Чернигова. Ее отец Петр Константинович Воронов был профессиональным военным. Он подполковник старой армии, из седьмого поколения рус­ского офицерства. Родился в Золотоноше, где стоял полк его отца в 1866 году и прожил до 1929-го. Участвовал в русско-японской и Первой мировой войнах. В годы Гражданской войны в дивизии Николая Щорса командовал тяжелым ар­тиллерийским дивизионом. Это был человек глубоко демо­кратичный, из тех старых офицеров, о которых поэт сказал «отец солдатам». Недаром осенью 1917-го, когда Петр Кон­стантинович должен был уезжать из полка, его подчиненные на заседании солдатского комитета выдали своему команди­ру «охранную грамоту». Она начиналась так: «Кто бы ты ни был, товарищ, солдат, матрос, рабочий или крестьянин при встрече с гражданином Вороновым не обидь его...».
А ещё раньше, после поражения России в войне с Япо­нией, штабс-капитан Воронов не оставил своих солдат одних в японском плену, как предусматривали условия Портсмут­ского мира. Они возвратились на родину вместе, через океа­ны и моря, в Кронштадт.
Петр Константинович, по воспоминаниям жены, крайне отрицательно (это не было редкостью среди передо­вого офицерства) относился к монархии Романовых. Хотя его профессионализм и выучка солдат-артиллеристов Виль-манстрандского полка ежегодно отмечались на Красносель­ских военных маневрах под Петербургом. Последней на­градой, врученной царем подполковнику Воронову, были именные карманные часы, золотые, с цветной эмалью на крышках и автографом Николая П. Их не стало на граждан­ской войне, в бою.
Артиллеристы Щорса, как свидетельствуют документы, называли отца Татьяны Петровны между собой «папашей», гордились, что ему объявлена благодарность в приказе за вы­сокое боевое мастерство пушкарей, за порядок в дивизионе.
Об этом девочке говорили приезжавшие в Чернигов военные консультанты Александра Довженко, снимавшего здесь эпизоды фильма о легендарном начдиве - бывший на­чальник артиллерии дивизии полковник Семенов, дивизи­онный врач, фамилию которого она уже не помнит, бывший адъютант отца. К несчастью, и эти трое, и почти все остав­шиеся в живых командиры Щорсовской дивизии погибли в годы репрессий. Полковник Семенов был взят просто в сво­ем кабинете начальника военной кафедры Днепропетров­ского горного института.

«Кутузов обращался с письмом к моему прапрадеду, артиллерийскому генералу»
Татьяна Петровна знает по семейным преданиям, что род Вороновых известен еще со времен Ивана Грозного. Они служили в том Приказе, который сейчас мы бы назвали Ми­нистерством иностранных дел, то есть, в Посольском.
- В 1812 году, - рассказала наша собеседница, - мой прапрадед, артиллерийский генерал, был начальником Тульских оружейных заводов. Сохранилось письмо Кутузова к нему, в котором главнокомандующий русской армии руча­ется, что Наполеон до Тулы не дойдет, а, следовательно, нет необходимости эвакуировать заводы на Восток.
Прадед Татьяны Петровны, артиллерист, как и его отец, участвовал в битве при Бородино, стал одним из Геор­гиевских кавалеров. Его имя увековечено на мраморной дос­ке в Георгиевском зале Кремля. Офицером-артиллеристом был также дед нашей собеседницы, а затем - отец. По ар­мейским стопам пошел и ее старший (сводный) брат Павел. Юноша в 1918 году стал солдатом Красной Армии и впослед­ствии вырос до боевого генерала, только не артиллерии, а Военно-воздушных сил. Он участвовал в обороне Москвы, воевал в Белоруссии и Прибалтике. Последняя должность Павла Петровича перед уходом в отставку - заместитель ко­мандующего ВВС одного из военных округов.
Вторая, материнская линия родословной Татьяны Воро­новой связана с родом Мирза Туган-Барановских. Род, из­вестный и в наши дни по имени такого сведущего ученого-экономиста, основателя кооперативного движения, как М. И. Туган-Барановский (некоторое время он был минист­ром финансов Центральной Рады, сейчас есть университет его имени). Самым же дальним предком в их семье считали внука знаменитого Тимура - Улугбека, выдающегося ученого, про­светителя, правителя Самарканда (XV век). Это Улугбек по­строил Самаркандскую обсерваторию, был автором всемирно известного труда о теоретических основах астрономии.
Мы слышали от Татьяны Петровны интересную исто­рию, связанную с раскопками усыпальницы Тимура. Веками легенда предостерегала его потомков: если кто-то рискнет вскрыть могилу повелителя полумира, он немедленно ввергнет свой народ в опустошительную войну. Однако, ар­хеологи, в том числе знаменитый антрополог М. М. Гераси­мов, пренебрегли запретом. 21 июня 1941 года склеп Тимура был открыт, а на следующий день, как известно, началась Великая Отечественная война.
Мать Татьяны Петровны - Ирина Феликсовна Бара­новская, окончив в Житомире гимназию, вступила добро­вольцем в Первую Украинскую повстанческую дивизию Ни­колая Щорса. Была в одном из штабов секретарем-машинисткой, преподавала в Школе красных командиров. Об этой школе и ее курсантах рассказал также Александр Довженко в своей киноленте.
«Почему я стала журналисткой»
Кто же повлиял на то, что в будущем Т. П. Воронова ста­ла историком и журналисткой, пишущей на исторические те­мы? Татьяна Петровна считает, что в равной степени и город, где она родилась, и школьные учителя, да и люди, с которыми служила или сталкивалась на фронте. Чернигов удивительно богат своей историей. Во дворе школы, где девочка училась, например, был знаменитый курган - «Чёрная могила», рас­копанный еще до революции известным археологом Д. Я. Самоквасовым. Напротив школы - расположен древ­нейший Елецкий монастырь, а там - усыпальницы известных военных деятелей Украины, ее Черниговского полка и деяте­лей украинской культуры. Да что говорить! Спасо-Преображенский собор (по сей день - украшение Чернигова) старше Софии Киевской. Уже потом, живя в Кривом Роге, Татьяна Петровна узнала, что у стен собора Елецкого мона­стыря предки Александра Поля - Полуботки - хоронили чле­нов своей семьи. Недавно для знакомства с черниговскими древностями город посетил директор Парижского Лувра.
Ощущала ли она, будучи школьницей, дискримина­цию украинского языка, украинской культуры? - спросили мы. Как ни странно, будучи школьницей - не ощущала.
Средняя школа № 2 имени Войкова в Чернигове, припоминает Татьяна Петровна, была в то время единст­венной русской школой областного центра, а остальные все украинские. Дети учились также в польской школе, в ев­рейских учебных заведениях. Была, кажется, еще и болгар­ская школа. Главная улица областного центра называлась именем Шевченко. В областном историческом музее были залы, посвященные семейству Разумовских (Розумов), чей род возник на черниговской земле. Вот после войны многое изме­нилось. Краеведам, в частности, пришлось ценой больших уси­лий сохранять памятники старины, заповедные места. Нелегко далось возрождение знаменитой Пятницкой церкви - одного из красивейших культовых сооружений Европы.
В школе, где Воронова училась, был прекрасный пре­подавательский коллектив. Начальные классы, в числе дру­гих вели две сестры Долгоруковы, бывшие земские учитель­ницы и бывшие княжны, - Наталья Андреевна и Ольга Анд­реевна. Они не уехали в эмиграцию, не создали даже своих семей. Их семьями была и осталась школа, дети. Не случай­но родители стремились определить в классы, которые вели сестры, своих детей. Эти классы подчас насчитывали до пя­тидесяти и более человек, но каждый ребёнок не был обде­лен вниманием опытных педагогов.
Верующий человек, как это только сейчас поняла ее бывшая школьница, Наталья Андреевна учила детей видеть красоту древних соборов, иконостасов, колоколен, памятники архитектуры украинского барокко, которыми так богат Чер­нигов. Классный же руководитель - Мария Васильевна Панич, которая сменила Наталью Андреевну в старших классах, учила школьников украинскому языку и литературе. Каж­дое воскресенье она водила своих воспитанников в театр.
          Симпатии к прошлому, убеждена Татьяна Петров­на, воспитывались именно такими духовно богатыми людьми. Сюда я отнесла бы и русиста Дмитрия Наумовича Выграненко. А детские воспоминания, в свою очередь, ока­зались необыкновенно прочными. Я любила бывать в театре, например, и тогда, когда уже после войны училась в Харько­ве. Впечатляли постановки Украинского академического те­атра драмы имени Т. Г. Шевченко. Там сохранились традиции его репрессированного основателя Леся Курбаса. Там играли патриарх украинского театра Иван Марьяненко, жена Курба­са Валентина Чистякова. Играли также их воспитанники, уже известные мастера сцены - Крушельницкий, Куманченко, Андриенко и многие другие. Харьковчане любили и театр русской драмы под руководством Александра Крамова. Здесь выступала народная артистка СССР Александра Воронович.
Известное влияние на будущего историка и журнали­стку оказало в детстве знакомство с семьей Коцюбинских. Фома Михайлович Коцюбинский, брат писателя, директор мемориального музея в Чернигове, и его жена Екатерина Яковлевна принимали участие в судьбе школьницыполусироты, давали книги из своей библиотеки, знакомили с музейными документами о жизни и творчестве писателя. Их дочь Михайлина, нынешний лауреат Шевченковской пре­мии, была тогда ещё маленькой девочкой.


«В 16 лет я стала санитаркой военного госпиталя»
В 1941 году Татьяна Воронова закончила девять классов.
- До начала войны, - рассказывает Татьяна Петровна, - в величайшем почете была профессия летчика. Я мечтала, что выучусь, стану врачом, и не просто врачом, а врачом авиаполка. Все мы были убеждены, начитавшись таких книг, как печально известный роман Николая Шпанова «Первый удар», где предстоящая война с Германией заканчивалась в одни сутки, что и эта, реальная война, больше нескольких месяцев не продлится. И мы вернемся в школу, в десятый выпускной класс. Поэтому работа в госпитале вначале вос­принималась как прединститутская медицинская практика.
С таким настроением 3 июля 1941 года 16-летняя девуш­ка стала санитаркой в одной из операционных сортировочно­го госпиталя № 1949 на Юго-Западном фронте. На войне, од­нако, она пробыла более четырех лет, до победы над Японией.
Их сортировочный госпиталь работал на Юго-Западном, Се­веро-Западном, 2-ом Прибалтийском и Ленинградском фрон­тах. Он был переброшен после Победы на Западе на Дальний Восток, в состав Первого Дальневосточного фронта.
-           Война, - говорит Татьяна Петровна, - это двенадца­тичасовые дежурства, жизнь рядом с чужим страданием, превращение здоровых, жизнерадостных людей в калек. Это артиллерийские дуэли, когда дальнобойные пушки бьют че­рез твою голову, а ожесточенные бомбежки рушат стены твоей операционной, и наружу падают лотки с инструмента­ми, биксы со стерилизованным материалом и операцион­ным бельем. Война - это километры бинтов в крови и гное, которые надо отстирать и высушить для новых перевязок. Это сотни писем, написанных за раненых в тыл. И это гла­за... Глаза умерших. Их нужно закрыть на правах близкого человека, последнего близкого человека у смертного одра бойца или командира.
Их тысячный госпиталь в дни наступлений принимал до пяти тысяч раненых в сутки. Одних сразу отправляли в тыл, когда приходили санитарные поезда. Других оперировали и лечили, чтобы только со временем эвакуировать подальше от фронта или, наоборот, поближе к нему - в госпитали легко­раненых (ГЛР). СЭГ пропустил за войну 217 тысяч военно­служащих, более двух общевойсковых армий полного состава. Важной поэтому здесь становилась роль диспетчера, и сани­тарка Воронова стала волей приказа диспетчером-медстатистиком, а также секретарем военно-врачебной комиссии.
-           На фронте, - вспоминает она, - не только лечение и уход убыстряли выздоровление. Много значил и хороший настрой, который медицинский персонал старался поддер­живать. Немало помогали тут концерты хора, самодеятель­ные постановки драматического кружка. Великолепный хо­ровой коллектив воспитал будущий директор одного из муз-училищ Москвы, а танцевальную группу опекал бывший со­лист балета Одесского оперного театра.
Художественная самодеятельность была делом комсо­мольцев госпиталя, которые Татьяну Петровну бессменно избирали заместителем комсорга. Первой ее наградой в те годы стал знак «Отличник медицинской службы». В конце войны Т. П. Воронову наградили медалью «За боевые заслуги». Наградной приказ подписал маршал Леонид Говоров. Она удостоилась впоследствии ордена «Отечественной войны» 2-й степени.
Нужно, наверное, вспомнить тут о матери Татьяны Петровны. Волей судьбы она всю войну была рядом с дочерью. Случилось так, что когда наши части оставляли Чернигов в августе 41-го, Татьяна тяжело заболела. Заболела просто-таки «позорной» для солдата болезнью - корью.
Никого из членов семей личный состав госпиталя взять с собой в теплушки не имел ни права, ни возможности. Мать только привела Татьяну на вокзал. Майор, начальник медицинского отделения, посмотрела на больную, на женщину, которая ее поддерживала, и решительно скомандовала:
- Это вся ваша семья? Поднимайтесь в вагон обе!
На фронте Ирину Феликсовну поставили ухаживать за тяжелоранеными. За их спасенные жизни, а потом за отлично отлаженную службу их питания она тоже получила боевую медаль.
...Связи сэговцев не рвутся до сих пор. Когда мы уточняли написанное, Татьяну Петровну позвал междугородний телефон. Звонила из небольшого полесского города Городни Галина, бывший фронтовой гипсотехник. Переписывается она со Львовом, Кишиневом, Гомелем...
Накануне большого праздника - 230-летия образования Кривого Рога - мы просидели дома у Татьяны Петровны не один час, расспрашивая о ее о школьных годах, о фронтовых дорогах... Краеведческий поиск нашей собеседницы в Кривом Роге - это тема другого разговора. Пока же поздравляем Татьяну Петровну с 230-летием Кривого Рога - города, который она так любит, называя неповторимым.

Ирина и Татьяна Крамаренко

Комментариев нет:

Отправить комментарий